Праздник дураков

Г.Сатаров

Президент Фонда ИНДЕМ, социолог

 

В городах средневековой Европы практиковалось несколько раз в год устраивать карнавалы. Устраивали их специалисты по этому важному делу – шуты. Они образовывали ремесленные цеха, наряду с башмачниками, ювелирами, трубочистами и палачами. Самое главное достоинство этих мероприятий заключалось в том, что их участники могли говорить любую правду о ком угодно – о нечистых на руку судьях, об охочих до девиц кардиналах, о несправедливых налогах и их жадных сборщиках.

Существовал, правда, единственный запрет – нельзя было ничего плохого говорить о королях. Не удивительно, что последние очень любили эти веселые праздники. Выдвигаю гипотезу: в силу того же запрета эти карнавалы и назывались “праздник дураков”. Еще один штрих: карнавалы всегда завершались выборами “короля дураков”.

Следующее сравнение покажется теперь совершенно банальным. Мы живем в средневековье, и вся наша жизнь – праздник дураков. Есть и цех шутов – “политологи”, слабо отличимые от “журналистов”; “журналисты”, подражающие “политологам”; политики, из которых, собственно, и выбираются короли (принцы, герцоги, графы и т.п.) дураков. И еще эти, торгующие нечистотами. Вспомнил! – политтехнологи.

Все они любят резать правду-матку о нечистых на руку судьях, непослушных палачах, и булочниках, подмешивающих в муку жмых. И все в голос восхваляют короля. Есть и карнавалы, когда “правда-матка” взбирается на невиданные высоты. Мы их называем “выборы”, хотя название постепенно теряет первоначальный смысл. И то, верно: какие выборы, если результат либо известен заранее, либо попросту не существенен. Единственная радость народу – узнать что-нибудь новенькое и пикантное о судьях, палачах и угольщиках, да полюбоваться, как лупят шуты друг друга большими бычьими пузырями.

Существует, однако, существенное различие между средневековыми карнавалами и нашими праздниками дураков. Те, настоящие, короли любили карнавалы не только за то, что не было риска стать мишенями для критики, но и за то, что короли могли узнать в это веселое время много нового и полезного о своих сановниках. В нашей же стране (не в средние века живем, все таки!) жертвы суровой критики наших шутов назначаются нашим королем. Это потому, что королю не нужно узнавать правду о сановниках, поскольку он ее и так знает. Наши праздники – не для короля. Они для народа, о котором так пекутся король, его верные сановники и преданные шуты. В нашей стране придумали даже специальный термин для всех тех гадостей, которые говорят на праздниках дураков – “грязные технологии”. Термин, к слову, правильный. Как ведь еще назвать технологии вскрытия правды, когда эта правда – сплошная грязь.

Но, о горе нам!, возникает опасение, что ближайшие праздники дураков, которые ждут нас в декабре и марте следующего года, будут больше похожи на заутреню в монастыре после жестокой попойки. Вы только подумайте – что стряслось с древней и мудрой традицией в нашей стране. Сначала король разжаловал из шутов “политологов”. Правда, он построил для них несколько замков и разрешил экс-шутам собираться в них, критиковать чужих королей, обсуждать погоду и воспевать нашего короля.

Потом бубны и колпаки с бубенцами были изъяты у “журналистов”. Им запретили резать правду-матку, даже заранее предписанную, именно во время праздников дураков, то есть в то самое время, когда народ особенно к этому чуток.

А для политтехнологов при королевском дворе была заведена специальная канцелярия. Там у специалистов отобрали нечистоты, раздали елей и распределили по зонам ответственности, собрав налог за право делать свою нужную работу.

В шутах остались только политики. Но они побоялись пребывать в одиночестве, собрались вместе, вкупе с благоухающими политтехнологами, и поклялись друг другу, возложив руки на инструкцию Центризбиркома по сбору подаяний, что не будут применять “грязные технологии”. В переводе на язык наивного средневековья, это значит, что они поклялись больше не резать правду-матку.

Но грош-цена этой клятве. Представим себе, что этой клятвы не было бы, и начался очередной праздник дураков. Стали ли бы оставшиеся шуты говорить правду о короле? Нет, ибо это не по правилам. А может быть, они рассказали бы нам все подноготную сановников и угольщиков? То же нет, поскольку кормятся с их теплых, натруженных рук. Но тогда, возможно, они стали бы говорить правду друг о друге в борьбе за самый большой дурацкий колпак? Нелепый вопрос. Ведь все они одинаково торгуют местами в своих свитах, голосованиями в королевских советах, челобитными королю; в равной степени грешат прочими мелочами. Не самоубийцы же они, чтобы хором петь обо всех своих мерзостях! Нет, на это не имеет смысла рассчитывать.

Осталась только одна мишень для критики – это народ. Но нужно быть настоящим дураком, чтобы критиковать его во время праздника дураков. Народ журят только после выборов. И то исключительно в виду заботы о нем: ведь не дорос он, в отличие от короля, сановников и шутов, до рынка, демократии и мудрых законов. Да и праздник дураков ему на самом деле не нужен. Пора его отменять, к чему, похоже, идет. И это правильно, если народ смирился с этими королем, сановниками и шутами.

Нет, никого не будут ругать на ближайших праздниках дураков, в чем и поклялись. Но зато мы узнаем об оставшихся шутах много хорошего: как пылко они любят короля; как долгими зимними ночами думают о горестях народных; какие замечательные законы они принимают. И станет нам радостно. И поймем мы, в какое замечательное время мы живем, в какой процветающей стране, при каком заботливом управлении, при каких честных и мудрых короле, сановниках и шутах!

Вот такой замысел.

Что касается меня, то я в эту заботу уже поверил. Но, будучи человеком отзывчивым, решил проявить ответную. Меня меньше волнуют сановники и шуты. Все мои помыслы о короле. И вот о чем я себя спрашиваю. Почему о прошлом короле не говорят ничего плохого? Наверно не только потому, что он на пенсии. Кажется мне, что еще и потому, что когда он был действующим королем, о нем говорили все, что взбредет в голову: и правду и ложь, и хорошее и плохое. Больше сказать нечего, вот и не говорят. Отругались.

А еще я пытаюсь представить себе будущие времена, когда у нас, как говорят, может, как ни странно, появиться новый король. Что тогда будут говорить о нынешнем? Все дифирамбы ему уже спеты. И что осталось? То-то же!

И вот еще что. У праздника дураков и выборов есть одна общая важная функция. Они работают как клапаны, сбрасывающие лишнее давление в котле социального недовольства. Можно верить, что голосуя меняешь плохих политиков на хороших; можно радоваться тому, как они нещадно мордуют друг друга, надеяться, что кого-нибудь разоблачат, посадят. Теперь не так. Победителей назначают в Кремле; жертв разоблачений штучно отбирают там же из числа слабо начальствующего состава органов, про которые говорят, что они, якобы, охраняют право; ударов бычьими пузырями в эфире народ также не дождется. Вопрос: куда пойдет пар социального недовольства по мере разогрева котла? Чьи турбины будет крутить этот пар? И где тогда будут нынешние сановники? И что будут говорить сегодняшние шуты?