А.В.КЫНЕВ, кандидат политических наук, эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований

НАЧАЛО “ПОСТПУТИНСКОГО” ПРИЗЫВА?

КАК ИЗБИРАЛИ ГУБЕРНАТОРОВ В РОССИИ В 2003-2004

Губернаторские выборы последних лет ознаменовали начало существенного обновления губернаторского корпуса: оглушительные провалы “партии власти” в Архангельской области и Алтайском крае, проигрыши действующих губернаторов в Карачаево-Черкесии, Тверской и Рязанской областях. Даже для многих избравшихся на третий срок региональных мастодонтов он будет последним, а это значит что к 2006-2007 годам “губернаторский ареопаг” России будет существенно изменен – лицо региональной политической элиты существенно меняется, прежние региональные элиты разрушаются, а новые мучительно вызревают.

Главное в региональных кампаниях 2003-2004 годов – конец прежней “губернаторской вольницы”. За ельцинские годы губернаторы превратились в настоящих региональных князей, и на территории в обмени на лояльность центру их власть по сути была безгранична. При Путине ситуация изменилась. От былого самовластия осталась большая, но уже сильно ограниченная власть. В условиях когда федеральный центр забирает у регионов все больше власти, а самых “высовывающихся” губернаторов все больше прессингует, у многих прежних региональных властителей несомненно не могут не возникать мысли о том, а стоит ли продолжать оставаться на посту, на котором чем дальше, тем больше меньше возможностей чего-то сделать, при этом все больше ответственности. Естественно, что ослабление губернаторов не может не вести к тому, что ослабляется и их “экономический фундамент” - основные экономические структуры все более делают ставку на связи в федеральном, а не региональном центре, а значит становятся все более независимыми от губернаторов в регионах игроками. Недавняя отмена принципа “двух ключей” сделает крупнейших недропользователей еще более независимыми от региональных властей.

Федеральный центр все более стремится унифицировать, поставить под контроль также ход региональных избирательных кампаний. Эти изменения касаются как избрания губернаторов, так и избрания региональных Законодательных собраний. Новый закон “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ” (№67-ФЗ, принят Государственной думой РФ 22 мая 2002 года, одобрен Советом Федерации 29 мая 2002, подписан президентом РФ 12 июня 2002), не только сделал с 1 июля 2003 года обязательной для субъектов РФ норму об участии партийных списков в выборах законодательных (представительных) органах власти субъектов Федерации, он также ввел более жесткие нормы и при выборах губернаторов – теперь независимо от региона губернаторские выборы проходит по двухтуровой системе абсолютного большинства. Данные нормы, с одной стороны, действительно оказали стимулирующее воздействие на развитие в регионах партийных систем и расширение опыта регионального блокостроительства, с другой стороны, в ряде регионов способствовали существенному обновлению региональной власти и даже смене губернаторов (так, если бы не норма про 2 тура, то губернатором Алтайского края мог бы остаться А.Суриков).

В 2003 году губернаторские выборы состоялись в 23 регионах, а за первое полугодие 2004 года в 10 (на второе полугодие 2004 запланировано еще 13 региональных губернаторских выборов – причем среди этих регионов Чечня, где президентские выборы прошли в октябре 2003, однако 9 мая 2004 президент А.Кадыров был убит). Таким образом через “горнило” губернаторских выборов в 2003-2004 пройдет 45 региона (в том числе Чечня дважды) – половина субъектов Российской Федерации. Таких регионов могло бы быть и 46, так как губернатор Пермской области Ю.Трутнев стал министром природных ресурсов РФ. Однако, в связи с тем, что в декабре 2005 предстоят выборы губернатора нового субъекта РФ – Пермского края, избрать нового губернатора Пермской области сочти “нецесообразным”. Госдума РФ приняла конституционный закон о создании Пермского края, согласно которому до выборов 2005 года и.о губернатора на полтора года (!) указом президента РФ назначен О.Чиркунов.

В четырех регионах выборы губернаторов были досрочными – в Таймыре (так как прежний губернатор А.Хлопонин ушел “на более престижный” пост губернатора Красноярского края), Санкт-Петербурге (отставка губернатора В.Яковлева), Сахалинской и Магаданской областях по причине смерти губернаторов (И.Фархутдинов разбился на вертолете, В.Цветков был убит). Пятым регионов с досрочными выборами в августе 2004 стала Чечня, где лишь в 2003 впервые прошли назначенные и организованные федеральным центром выборы Президента Чеченской Республики (ранее, как известно, своих президентов избирала непризнанная Ичкерия).

Среди главных тенденций можно отметить, с одной стороны, рост административного нажима со стороны федерального центра в наиболее значимых регионах – апофеозом подобного давления можно считать выборы губернатора Санкт-Петербурга 21 сентября и 5 октября 2003 года, которые состоялись после того как под давлением вынужденно ушел в отставку губернатор В.Яковлев, и выборы президента Чеченской Республики 5 октября 2003 года, прошедшие со множеством жалоб о нарушениях, причем от выборов были так или иначе отстранены все основные конкуренты назначенного президентом РФ главы администрации Чечни А.Кадырова (не зарегистрировали М.Сайдуллаева, “добровольно” отказались от участия в выборах А.Аслаханов и Х.Джабраилов). Также по явной рекомендации из Москвы снял свою кандидатуру с выборов воронежского губернатора спикер областной думы Наквасин (а затем был отстранен и от поста спикера). Был отстранен от выборов губернатора Краснодарского края главный конкурент А.Ткачева О.Мащенко. Кстати пример этого административного давления заразителен – и многие “прокремлевские” губернаторы начинают вести себя в регионе также, как федеральный центр по отношению к ним самим, устраняя неугодных кандидатов. Так вынужденный уход мэра в отставку, а затем досрочные выборы, от которых отстраняют всех реальных претендентов стал нормой в Краснодарском крае (Новороссийск, Сочи и т.д.), Московской области (здесь губернатор Громов в случае избрания неугодного ему кандидата создает на территории города или района особый территориальный орган исполнительной власти, подчиняющийся ему лично), теперь этот “опыт” перенимает новый тверской губернатор Д.Зеленин. В тех субъектах РФ, где региональные автократы устраивали федеральный центр, они уверенно переизбрались при минимальной (зачастую символической) конкуренции – Н.Меркушкин в Мордовии (87,34%), Е.Савченко в Белгородской области (61,15%), М.Прусак в Новгородской (78,73%), Л.Полежаев в Омской (55,96%), В.Кресс в Томской (70,1%), В.Сердюков в Ленинградской (56,85%), В.Позгалев в Вологодской (82,93%), А.Чернышев в Оренбургской (63,46%), О.Бетин в Тамбовской (71,08%), А.Лисицын в Ярославской (73,15%), Б.Громов в Московской (83,04%) и т.д.

Вызывает обеспокоенность все большая замена публичного конкурентного демократического процесса манипулятивными кулуарными механизмами. Так кулуарным сговором под административным давлением вместо реального альтернативного голосования завершились повторные выборы мэра Ноябрьска 1 февраля 2004 (Ямало-Ненецкий автономный округ). Результаты прежних выборов мэра в мае 2003 были признаны недействительными (после того как их победителем стал председатель совета директоров “Ноябрьскэлектросетьстроя” А.Кудряшов на 4 участках, где он победил, итоги были отменены и победителем вместо него был объявлен действующий на тот момент мэр Ю.Линк – Кудряшов подал иски в суд и прокуратуру и добился новых выборов). А.Кудряшов, который только через ЦИК добился регистрации на повторных выборах, февраля снял свою кандидатуру “по состоянию здоровья” и призвал голосовать за ставленника окружных властей и.о. мэра Н.Коробкова (а прежний мэр Ю.Линк был назначен заместителем губернатора округа). По данным местной прессы, в случае победы Н.Коробков согласился назначить находящегося на лечении А.Кудряшова своим заместителем. Похожим образом конфликт губернатора Краснодарского края А.Ткачева и мэра Сочи Л.Мостового (губернатор публично потребовал отставки мэра, что тот сделать отказался) завершился назначением Л.Мостового членом Совета Федерации, вместо него и.о. мэра Сочи назначен бывший мэр Армавира В.Колодяжный (прошлые выбор мэра Армавира также были крайне скандальными), после чего был избран на досрочных выборах мэра Сочи при поддержке губернатора А.Ткачева.

В тоже время стоит отметить, что радикально изменилось отношение федерального центра к ряду чрезмерно независимых и зачастую игнорирующих установки из Москвы автократий – так с большим трудом избрался на пост президента Башкирии М.Рахимов, которого эти выборы существенно ослабили, и хотя Рахимов сохранил пост президента, после выборов политико-экономическая ситуация в Башкирии существенно изменилась. Осознавая высокий рейтинг в Москве Ю.Лужкова и отсутствие равновеликих конкурентов ему была дана возможность переизбраться на новый срок, при этом сделано все для максимального ослабления его власти как публичными (его главным конкурентом на выборах стал близкий к ряду фигур в Администрации Президента глава НРБ А.Лебедев), так и непубличными методами. С помощью действий прокуратуры было оказано существенное содействие проигрышу на выборах действующего губернатора Тверской области В.Платова. Было осуществлено давление с целью недопустить выдвижения на новый срок на губернатора Кировской области В.Сергеенкова. Путем “повышения наверх” под сильным давлением оставил пост губернатора Санкт-Петербурга В.Яковлев. Несомненно, что пример Платова, Яковлева, Рахимова во многом носил показательный характер для остальных, которым было четко дано понять, насколько их положение зависит от нормальных отношений с федеральным центром. И хотя внешне во многом они остались “региональными баронами”, реально их положение существенно изменилось, а былая независимость существенно ослабла.

С другой стороны, в ряде субъектов прошло относительно свободное голосование, где фактически местной элите была предоставлена возможность разбираться внутри себя самостоятельно (после отказала от участия в выборах В.Сергеенкова вполне конкурентная кампания была в Кировской области, реально конкурентные выборы прошли в Карачаево-Черкесии, Магаданской, Сахалинской, Свердловской областях, Корякском АО).

Там, где на выборах в 2003 баллотировался действующий губернатор, он почти везде одержал победу уже в первом туре, исключением стали только Башкирия, Карачаево-Черкесия, Свердловская и Тверская области. Это очевидное следствие того, что российские регионы являются по своему внутреннему устройству по сути президентскими республиками, где губернатор наделен внутри территории действительно огромной властью - это ключевая фигура в распределении бюджетных средств, в осуществлении контроля за местным самоуправлением и деятельностью экономических субъектов,. Любой российский губернатор имеет прекрасные возможности, чтобы стать безальтернативной фигурой в регионе, на порядок превосходящей буквально всех: результат зависит от его личных талантов и способностей, и только уж совсем непригодный к должности не умеет пользоваться этим ресурсом (есть лишь небольшое количество регионов, где губернатор просто объективно не имеет возможности стать безальтернативным в силу особенностей местной элиты). Многие действующие главы практически обеспечили себе победу, на протяжении многих лет уничтожая любую альтернативу и наращивая свои административные возможности. Инкумбенты проиграли в 2003 всего две кампании - в Твери действующий губернатор В.Платов получил всего 12,3% и занял только четвертое место (немного не хватило обогнать кандидата КПРФ Т.Астраханкину с 12,72%, несомненно, что кампания Платова была сильно деморализована возбужденными против него уголовными делами), в Карачаево-Черкесии президент В.Семенов проиграл во второму туре М.Батдыеву с минимальным перевесом – 46,41% к 47,5% (впрочем, В.Семенов никогда не считался сильным губернатором). Еще один действующий губернатор просто не смог баллотироваться на третий срок при противодействии областной думы и аппарата полпреда Президента в Приволжском федеральном округе – это близкий к КПРФ теперь уже бывший губернатор Кировской области В.Сергеенков. В Кирове была разыграна комбинация, при которой Сергеенков поддерживал на выборах губернатора депутата Государственной Думы от Кировского округа Н.Шаклеина, а Шаклеин Сергеенкова на пост депутата Госдумы. В результате Шаклеин губернатором стал (33,82% в первом туре и 62,77% во втором), а вот Сергеенков выборы депутата проиграл.

Сбои из этого правила начали происходить только весной 2004 года, что возможно связано как с растущей усталостью избирателя от личностей, много лет руководящих регионами, так и с ростом протестных настроений (хотя предтечей можно считать и проигрыш партий власти губернаторских выборов в Магадане в январе-феврале 2002). Здесь уже начали проигрывать те, кто казалось бы не должен был проигрывать ни при каких обстоятельствах. Очевидно, все более растущее после триумфальных для федеральной “партии власти” итогов выборов 7 декабря 2003 года ощущение абсолютной власти и способности сделать депутатом или губернатором “хоть Жучку” привело к “головокружению от успехов” - реальные рейтинги и мнения экспертов стали игнорироваться, а главным стал каприз чиновника – хотим избрать такого-то несмотря ни на что, и все тут. В результате на выборах 14 марта 2004 года, когда губернаторские выборы прошли в 10 регионах (что характерно, все губернаторские выборы первой половины 2004 года оказались совмещены с президентскими!), ставки федерального центра оказались провальными в Архангельской и Рязанской областях и в Алтайском крае несмотря на массированное административное давление. В Архангельской области низкая популярность губернатора А.Ефремова была известна давно (так в декабре 2003 г. на выборах в Госдуму отстраненный от выборов глава Архангельского ЦБК В.Крупчак* добился восстановления через суд и в результате разгромил кандидата “от Ефремова” вице-губернатора г-жу Кудрявцеву), тем не менее, его “за уши” тянули на новый срок. Выдвинувшийся в губернаторы теперь уже депутат Госдумы В.Крупчак под давлением снял свою кандидатуру и призвал поддержать А.Ефремова. Но даже фактическое отстранение от выборов губернатора главного соперника Ефремова не помогло ему – избиратель предпочел уже в первом туре отдать 44,9% голосов ранее малоизвестному генеральному директору ОАО “Молоко” Н.Киселеву, лишь бы не Ефремову, получившему всего 26,47%. Во втором туре разгром Ефремова был завершен – он получил всего 17,5% против 75% у Киселева – то есть даже меньше, чем в первом туре – один из худших результатов для действующих губернаторов за всю историю выборов в России. В Рязанской области все силы полпредства президента по Центральному федеральному округу были брошены на поддержку кандидата “Единой России” депутата Госдумы РФ Игоря Морозова. При этом действующий губернатор, бывший выдвиженец, В.Любимов опирался на помощь ТНК, его представитель в Совете Федерации М.Одинцов возглавлял комиссию по естественным монополиям и когда-то учился вместе с В.Сурковым. Это создавало ситуацию жесткой борьбы, в которой победу внезапно одержал бывший главком ВДВ, депутат Госдумы РФ от блока “Родина” Георгий Шпак (23,79% в первом туре против 28.94% у Морозова – губернатор Любимов не смог даже выйти во второй тур, набрав 21,08%; во втором туре Шпак получил 53,51%). Но наибольший резонанс имели не победы Шпак и Киселева, а сенсационное поражение губернатора Алтайского края А.Сурикова, который во втором туре проиграл “несерьезному”, как казалось, беспартийному кандидату – артисту разговорного жанра Михаилу Евдокимову. Причем, это тот самый случай, когда кандидат уж лучше бы ничего не делал. У Евдокимова не было административной машины, минимальное количество денег, только широкая личная известность и имидж “человека из народа”, выбившегося в люди. Кампания же имевшего все шансы на победу Сурикова строилась на давлении, административных командах вниз по вертикали и т.д., что имело только обратный эффект. И чем сильнее было давление, особенно после первого тура, тем сильнее был обратный эффект. Причем в первом туре Сурикову немного не хватило для победы – он набрал 47,46% голосов, а Евдокимов 39,46%. Это тот самый случай, когда свою роль сыграл кандидат-двойник – некий Виталий Суриков получил 2,79%, которых и не хватило для победы А.Сурикову. Сам факт второго тура вдохнул в местную оппозицию новые надежды, и даже у тех, кто не верил ранее в проигрыш Сурикова, появился мотив идти голосовать, в итоге во втором туре голосование за Сурикова только снизилось – до 46,29% голосов, а Евдокимов победил с 49,53%.

Помимо этих трех поражений действующих губернаторов 14 марта* , стоит отметить еще два региона – Воронежскую область и Корякский АО, где на выборы также шли не самые популярные губернаторы – В.Кулаков и В.Логинов. Осознавая свою непопулярность оба пошли на досрочные выборы, чтобы не дать конкурентам подготовиться. Но стоило только на выборах мэра Воронежа кандидату “от Кулакова” Ивану Образцову в январе 2004 г. потерпеть поражение, как против Кулакова выставилась целая обойма конкурентов, в том числе спикер областной думы Алексей Наквасин. Спасло Кулакова, видимо, только то, что по настоятельному совету из Москвы А.Наквасин снял свою кандидатуру, а местный избиратель оказался не такой “настырный”, как архангельский и Кулаков победил с 52% голосов.

Чудо спасло корякского губернатора Владимира Логинова. Анализ избирательных кампаний прошлых лет в Корякии свидетельствует о протестном голосовании населения округа на всех “персональных” выборах: на каждых следующих выборах в округе меняется губернатор и депутат Государственной думы (начиная с 1993 никто из них, за исключением депутата Госдумы Р.Гималова, в округе не смог избраться на второй срок), высокий уровень ротации и на местном уровне. Именно это обстоятельство в сочетании с катастрофическим социально-экономическим положением округа делало шансы на победу Логинова очень проблематичными. Против него выставились прокурор округа Борис Чуев, председатель окружной думы Нина Солодякова и крупные предприниматели Андрей Петров и Бауржан Бельбаев. Главным конкурентом Логинова оказался прокурор округа Б.Чуев и война прокурор-губернатор оказалась нешуточной. Чуевым активно эксплуатировалась тема наведения в округе порядка, с этим явно была связана и тема нарушений в окружной администрации. Прокуратура КАО начала проверку финансовой деятельности окружной администрации, а 14 января 2004 года возбудила уголовное дело по ч. 1 ст. 293 УК РФ (халатность). По ее данным, во время завоза энергоносителей 355 млн. рублей были растранжирены, использованы по нецелевому назначению. В рамках уголовного дела сотрудники прокуратуры 23 января провели выемку документов в окружной администрации. Ответным шагом окружной администрации стало решение окризбиркома отказать Б.Чуеву в регистрации на основании подписей, так как более 100 подписей в его поддержку принадлежит сотрудникам прокуратуры и иных правоохранительных органов, при том, что в целом для регистрации нужно было предоставить 499 подписей. В результате Чуев был вынужден зарегистрироваться через залог в 150 тысяч рублей. При всей активности кампании конкурентов Логинова их кампания все же была не слишком согласована – они так и не решили, кто из них “главный”, и как хорошо видно по итогам первого тура, два кандидата Б.Чуев и А.Петров “пришли ноздря в ноздрю” (17,98% и 16,81% соответственно). Только не слишком удачное выступление Петрова в Тигильском районе помешало ему выйти во второй тур – после этого команда Логинова вздохнула с облегчением, так как слишком негативистская кампания Чуева явно мешала ему консолидировать голоса иных кандидатов во втором туре. Команда Чуева пыталась имитировать, что его якобы поддержали все не вышедшие во второй тур кандидаты, и даже направляла в СМИ соответствующие информационные сообщения, однако на практике этого не было – Чуев не смог толком договориться не только с Петровым и Бельбаевым, но даже с гораздо более близкой к нему по политическим взглядам Солодяковой. В итоге, хотя сильно и прибавив по сравнению с первым туром, Чуев во втором “уверенно” проиграл. Можно предположить, что если бы во второй тур вышел гораздо более компромиссный и нейтральный Петров, исход выборов был бы другим.

Проблемными могли бы стать выборы еще в одном регионе – Краснодарском крае, но здесь потенциально опасного конкурента А.Ткачева, близкого к очень популярному на Кубани бывшему губернатору Николаю Кондратенко депутата Госдумы О.Мащенко просто не допустили к выборам. Таким образом 14 марта в 3 из 10 регионов проиграли действующие губернаторы, еще в 2 была достигнута победа “на пределе возможностей”.

В чем причина такого разительного отличия картины 7 декабря и 14 марта? Думается, имеет место несколько факторов. Первый – несомненно, субъективный, все же 7 декабря переизбирались многие действительно очень “сильные” губернаторы. Второй – объективная смена поколений, потребность избирателей в новых лицах, обновлении власти, если угодно, истечение “срока амортизации”. В третьих – 7 декабря шло напластование слишком многих региональных голосований – в каждом регионе избирался еще и депутат Госдумы по округу, а часто и ряд местных депутатов. Такое напластование очень значимых кампаний, конечно, давало фору на выборах губернатора более известным кандидатам, какими, несомненно, были действующие губернаторы, кроме того, значимые региональные политики были отвлечены на выборы в Госдуму, куда почти все они баллотировались и шансов куда избраться было больше, чем в губернаторы. 14 марта же лишенные интриги президентские выборы почти не оттеняли губернаторские кампании, и местная элита, в том числе оппозиционная, могла на них спокойно сконцентрироваться. Есть, как думается, и четвертый фактор – объективное нарастание в обществе тревожных ожиданий и протестных настроений, которое после новых инициатив федерального правительства (монетизация льгот, новый жилищный кодекс и т.д.) к осенним выборам 2004, судя по всему, только вырастет.

Причем наиболее конкурентные кампании прошли в тех регионах, где на выборах не было действующего губернатора (либо по причине возникшей вакансии – Сахалин, Санкт-Петербург, Таймыр, Магадан, либо по причине его невозможности баллотироваться на новый срок – Кировская область).

Помимо негативного результата излишнего административного давления на выборах, которое привело к провалу кандидатов “Единой России” на выборах в Магадане, Архангельске, Алтайском крае, стоит отметить также крайне негативный результат формально успешной (избрание В.Матвиенко) кампании по выборам губернатора Санкт-Петербурга. В результате компании излишнего административного давления город предпочел “голосовать ногами”. Явка в первом туре 21 сентября составила 28,99% от общего количества зарегистрированных избирателей. При этом порог минимальной явки был преодолен лишь к 18 часам. Для того, чтобы обеспечить минимальную явку в 20%, в петербургских пригородах бесплатно ходили электрички, а ГУВД за десять дней до выборов приостановило обмен паспортов (чтобы у всех избирателей паспорта была на руках). При этом во втором туре губернаторских выборов 1996 г. на избирательные участки пришли 49% петербуржцев, в 2000 г. явка составила 47,7%. Согласно протоколу, явка избирателей во втором туре выборов губернатора Санкт-Петербурга была еще хуже - составила всего 28,25% (даже в этой цифре, по мнению наблюдателей, есть сомнения). Таким образом, губернатор формально избран, но в глазах общественного мнения его легитимность довольно сомнительная. В Чечне нестабильность новой региональной власти, также фактически навязанной с помощью спецоперации, напоминающей выборы, подтвердилась убийством президента А.Кадырова в результате террористического акта фактически через полгода после выборов. Теперь, в Чечне вновь навязын фактически безальтернативный кандидат – сейчас это Алу Алханов.

Стоит также обратить внимание на такое обстоятельство, как совмещение выборов губернатора с федеральными выборами. Это – любимая технология губернаторов, привыкших избираться “под шумок” федеральных избирательных кампаний. Во время первого цикла губернаторских выборов 1996 г. по принципиальным соображениям применялась технология раздельных выборов. Никому из губернаторов не было позволено избираться в один день с Борисом Ельциным – в Кремле решили, что губернаторы должны сконцентрировать все свои административные ресурсы на поддержке Б.Ельцина. К 2000 г. ситуация изменилась, более того, совмещение выборов стало активно поощряться, чтобы вести общую кампанию в поддержку кандидатов “партии власти”. Тогда начинает работать командный принцип — избиратель отдает свой голос партии власти в обоих ее проявлениях — и на федеральных выборах, и на региональных. К 2004 г. в целях упорядочения электорального графика возникла идея тотального совмещения всех губернаторских выборов с федеральными в зависимости от года их проведения (ее публично выдвинул председатель ЦИК А.Вешняков). В 2000 г. вместе с президентом избирались семь губернаторов, в 2004 уже 10. Причем только в двух случаях речь идет о тех же регионах, что и в марте 2000 г. Тогда четыре губернатора предусмотрительно избирались на пять лет (а в Кировской области выборы уже прошли в декабре). Таким образом, в восьми случаях из 10 речь идет о сознательном сокращении губернаторами срока своих полномочий. С выборами депутатов Государственной думы 7 декабря 2003 года было совмещено 11 губернаторских выборов.

Другой важный вопрос - это право губернаторов избираться на третий срок. В региональном законодательстве во многих случаях сохраняются ограничения, что может приводить к длительным судебным разбирательствам по аналогии с Якутией. В большинстве регионов юридические препятствия для переизбрания губернаторов на третий срок могут быть сняты, что на практике и происходит. Там же, где отношения губернатора и законодательного собрания конфликтные, решить вопрос не удается (Санкт-Петербург, Кировская область, Ненецкий автономный округ). Таким образом вырастает роль законодательных собраний, поскольку именно они теперь принимают решения о переносе выборов и отсчете сроков. Острота данного вопроса на самом деле отражает глубинные проблемы развития политической системы в России. В большинстве случаев у губернатора нет готовой альтернативы, так как политическое поле в регионе часто “вытоптано”, и если запретить ему баллотироваться, то для центра может выйти еще хуже: выборы могут стать непредсказуемыми и к власти может прорваться какая-нибудь системная фигура, что хорошо видно по выборам в регионах, где инкумбента не было. И возможно, региональная кадровая стабильность - этот как раз то, что нужно федеральной власти для собственного переизбрания: проверенные люди в регионах скорее смогут мобилизовать административный ресурс, нежели “новички”. В то же время третий срок является временным решением проблемы региональной стабильности, но ничего не решает на перспективу – в таких условиях новая региональная элита не может сформироваться: эту задачу не решают ни на партийных, ни на федеральных карьерных лестницах. Взять даже случай, когда губернатор уступает место специально определенному преемнику. Но почти любой российский губернатор думает только о своей власти и не занимается выращиванием преемников. Ни в одном российском регионе не было передачи власти "реальному" преемнику, который честно воспроизводил бы ту же политику: "преемник" всегда начинал выстраивать совершенно новую систему отношений, исходя из своих личных отношений и предпочтений.

Расколы в региональной элите обычно весьма устойчивы и могут проявляться на протяжении нескольких избирательных кампаний подряд. Хотя иногда им не дают проявиться на выборах в ходе определенного соглашения (особенно когда мэр и губернатор избираются в один день). Так к примеру в большинстве регионов есть проблема в отношениях губернатор – мэр областного центра. Так позиция мэра Рязани П.Маматова была одним из факторов поражения на выборах рязанского губернатора В.Любимова, убийство губернатора В.Цветкова открыло путь к участию в выборах мэру Магадана Н.Карпенко, традиционно участвовал в губернаторских выборах теперь уже бывший мэр Волгограда Ю.Чехов, потенциальными кандидатами в губернаторы считаются мэр Пскова М.Хоронен, мэр Хабаровска А.Соколов один из возможных наследников В.Ишаева и т.д. Пересел из кресла мэра Петрозаводска в кресло председателя Правительства Карелии С.Катанандов, а В.Толконский из кресла мэра Новосибирска в кресло губернатора Новосибирской области. Так в Ярославской области существует многолетнее противостояние мэра Ярославля Виктора Волончунаса и губернатора Анатолия Лисицына, но так как выборы у обоих в один день, но уже три раза по этой причине Волончунас предпочитал не рисковать.

Среди других сценариев - борьба губернатора с местной левой оппозицией (Омская и Томская области – хотя этот сценарий скорее относится к “вымирающим”), или наоборот, федерального центра с местным левым губернатором (Кировская и Рязанская области, в перспективе – Брянская, Камчатская). Все чаще источником оппозиции становится недовольный местный и федеральный бизнес – Свердловская область, Тверская область (где были одновременно конфликты центр-губернатор, губернатор-коммунисты, губернатор-бизнес, - победил бизнес, поддержанный центром), Башкортостан, в известном смысле Алтайский край.

Почти не бывает действительно конкурентных кампаний в регионах с монотипичным характером экономики, где есть одна доминирующая ФПГ. А если интересы федерального центра и базовой для региона ФПГ совпадают, то вопрос “практически решен”. Выбранный ей кандидат почти всегда фаворит – так полным доминированием О.Бударгина отличались выборы губернатора Таймырского АО, В.Позгалева в Вологде (“Северсталь”), поддержка “Роснефти” оказалась решающей в победе И.Малахова на Сахалине. В тоже время стали возникать сценарии, когда недовольство на территории деятельностью ФПГ оказывается способно проявляться и в кристаллизации оппозиции – таким примером служат дважды (!) проигранные “Норильским никелем” выборы мэра Норильска, причем во второй раз выборы профсоюзному лидеру В.Мельникову проиграл один из самых авторитетных топ-менеджеров кампании Д.Хагажеев. В случае таких конфликтов ФПГ ведут себя нисколько не лучше, чем федеральный центр – так попытки “Норильского никеля” не допустить к власти избранного В.Мельникова вызывали лишь дополнительное раздражение.

В ряде регионов сам губернатор является центром кристаллизации бизнес-элиты, создавая вокруг себя мощную экономическую клиентелу, фактически неформальную местную ФПГ, которая уже сама себя в дальнейшем воспроизводит. Часто такая клиентела может иметь тесные связи и с федеральной ФПГ (Н.Меркушкин в Мордовии и В.Кресс в Томске с ЮКОСом). Хотя данный региональный бизнес-конгломерат может и распадаться с уходом губернатора (на тот свет, как это было в Магадане с убийством В.Цветкова, или с уходом в отставку – как было в Санкт-Петербурге с В.Яковлевым). Такие бизнес-конгломераты вокруг губернаторов-фактических “олигархов” (или “олигаторов”, как иногда шутливо говорят) доминируют в Москве, Мордовии, Ярославле, Омске, Белгороде, Башкортостане, Новгороде, Московской области, Удмуртии, Ростове-на-Дону, Самаре, Марий-эл, Пскове, Ульяновске.

Наиболее интересные кампании как правило в регионах, где есть несколько конкурирующих ФПГ (выборы в Свердловской области, недавние выборы губернатора Красноярского края), или же есть конфликт ФПГ и губернатора (Ненецкий АО), ФПГ и федерального центра, федерального центра и губернатора.

Стоит отметить, что наряду с явным увеличением участия в выборах кандидатов-бизнесменов явно на спад пошла волна участия в выборах кандидатов-силовиков. Генерал Семенов проиграл выборы президента в Карачаево-Черкесии банкиру Батдыеву, в Тверской области милицейский генерал И.Зубов вышел во второй тур с 14,45%, но в нем проиграл – 33,62% против 57% у бывшего топ-менеджера “Норильского никеля” Д.Зеленина. Проиграл выборы в Корякии прокурор КАО Б.Чуев. Наиболее “котирующимся” кандидатом в губернаторы в 2003-2004 был бывший топ-менеджер, успевший поработать на госслужбе перед выборами (так Зеленин на момент избрания был зампредом Госкомспорта, Хлопонин перед тем как стать губернатором Красноярского края был губернатором Таймыра).

Всего за 2003 – первую половину 2004 года в 33 регионах было избрано 10 новых губернаторов, то есть обновление губернаторского корпуса составило примерно 30%, проиграло выборы 5 действующих губернаторов. В 12 регионах для выявления победителя понадобился второй тур, причем в 9 случаях при этом был избран новый губернатор (справедливости ради надо отметить, что 4 случая из этих 9 были без участия в выборах прежнего губернатора). Даже там, где региональные “мастодонты” переизбрались, для многих это “лебединая песня”, действительно последний срок (хотя ряд региональных лидеров теоретически могут пойти и на четвертый, поскольку они избрались до октября 1999 года, когда вступил в силу федеральный закон, предусматривающий ограничение по срокам). Совершенно точно эти сроки последние для Ю.Лужкова, Б.Громова, В.Позгалева, В.Сердюкова, В.Толоконского, А.Лисицына, Ю.Евдокимова, В.Логинова, Р.Гениатулина, В.Кресса.

Таким образом начавшееся в 2003-2004 существенное обновление губернаторского корпуса к 2007-2008 году станет тотальным, “ельцинский призыв” окончательно уйдет в прошлое, приходит новое поколение даже не “путинского” (уже в 2000-2001 гг. при Путине во власть пришли В.Шаманов, В.Егоров, Б.Громов, Л.Маркелов, В.Кулаков и др.), а “постпутинского” призыва. Появляются новые молодые перспективные “звезды” - Д.Зеленин, О.Бударгин, А.Хлопонин, М.Евдокимов и др. На авансцену выходит новая генерация региональных политиков, которые будут раскручиваться на перспективу. Многие сейчас участвуют в выборах, занимая вторые-третьи места, которые через 4-5 лет могут превратиться в первые. Уровень конкуренции, если политический процесс будет идти нормально, и федеральный центр не будет давать появляться новым “региональным паханатам”, может стать еще выше. Несомненно, начнут появляться новые фигуры, о которых мы пока не догадываемся. В тоже время, как отметил Р.Туровский, “было бы большой иллюзией утверждать, что на смену крепким хозяйственникам в кепках приходят некие молодые антикризисные менеджеры, умеющие управлять территориями в новых "капиталистических" реалиях. Никто и нигде в России таких менеджеров не выращивал. "Новые лица" в провинции - это как правило обычные молодые карьеристы, не имеющие политических взглядов и готовые менять их по совету имиджмейкеров. Политику они считают сочетанием личного бизнеса и пиаровских технологий. Никто из них не мыслит категориями комплексного развития территории, к которым привыкли губернаторы старшего поколения, пусть и воспринимающие его в планово-советских категориях”. Многие эти “молодые волки” чужды тем правилам определенной этики и “приличий”, характерных дли лидеров советского стиля, может быть консервативных и неповоротливых, но не позволяющих переходить себе определенные грани. Так многие губернаторы-коммунисты (Шершунов, Машковцев, Ходырев и т.д.) на практике одни из самых демократических губернаторов с точки зрения к политической оппозиции, прессе и т.д. А такие “современные” политики как Маркелов, Дарькин, Ткачев (уже не говоря о таком “прогрессивном” молодом таланте начала 1990-х как К.Илюмжинов) начисто лишены комплексов “общественного приличия”, стараются на подведомственной территории “прижать к ногтю” все, что может оказывать какое-то сопротивление – навязывать своих кандидатов на выборах органов МСУ, уничтожать оппозиционный бизнес и независимую прессу. Так новый губернатор тверской области Д.Зеленин фактически начал в регионе политическую зачистку (самый яркий пример – назначение своего ставленника главой Нелидовского района взамен вынужденно ушедшего в отставку мэра путем замены прямых выборов главы на избрание депутатами находящегося под давлением совета). После избрания в 7 декабре 2003 года губернатором Сахалинской области И.Малахова возбуждено уголовное дело против проигравшего во втором туре мэра Южно-Сахалинска Ф.Сидоренко по статье 293 УК РФ (“Халатность”) за невыполнение нормативов по уборке снега в городе. По фактам ненадлежащего содержания мест хранения бытовых отходов также возбуждено дело об административной ответственности мэра. Региональными СМИ данные обстоятельства расценены как политическое преследование новым губернатором И.Малаховым своего политического оппонента.

Таким образом, региональные выборы 2003-2004 годов по многим позициям оказались действительно революционными по сравнению с другими избирательными циклами, действительно, на региональном уровне, где-то медленнее, где-то быстрее, наступает новая политическая эпоха. Уходят конфликты прошлого (демократы-коммунисты), как и основные фигуры 1990-х. Постепенно доживают свой век региональные автократии, и вмешательство в выборы все чаще происходит не со стороны губернатора, а со стороны федерального центра или той или иной ФПГ. Также, несомненно, что в перспективе введение смешанных выборов приведет к росту конкурентной региональной политической среды. В тоже время при позитивных моментах (рост политической конкуренции во многих регионах) есть и негативные – это усиление силового вмешательства в процесс выборов как на региональном, так и на муниципальном уровне (выборы в Санкт-Петербурге, Чечне, Нижнем Новгороде, Норильске, Владивостоке, Сочи, Новороссийске и т.д.), вызывающее недоверие избирателей к самому процессу выборов и снижающее реальную легитимность власти.

Болезни роста неизбежны, и не пережить их – значит не развиваться. Обновление региональных элит крайне необходимо, так как вариант без него один – застой и деградация. Главное, чтобы те, кто приходит на смену, понимали, что приходят временно и не пытались создать систему нового “застоя”.